Меню сайта
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Форма входа
Пятница, 24.11.2017, 23:11
Приветствую Вас Гость
Главная » 2017 » Май » 27 » Президент Промсвязьбанка Артем Констандян о банковском бизнесе в условиях кризиса и санкций
13:41
Президент Промсвязьбанка Артем Констандян о банковском бизнесе в условиях кризиса и санкций
Промсвязьбанк недавно разместил 20% своих акций на рынке с коэффициентом 1 к капиталу, которого сейчас нет даже у Сбербанка. Амбиции акционеров банка лежат в плоскости сделок M&A, санации и активного наращивания доли рынка, несмотря на кризис и санкции. О том, что предложил Промсвязьбанк покупателям в обмен за свои акции, почему именно в этот кризис планирует активные приобретения, чем чревата концентрация кредитных и валютных рисков, а также о результатах текущего разбирательства по ГК "Связной" "Ъ" рассказал президент Промсвязьбанка АРТЕМ КОНСТАНДЯН.
 
-- В этом году Промсвязьбанк первым из частных банков привлек капитал на рынке, разместив весной 20% своих акций на бирже. Как вы смогли провести сделки на рынке, которого ни для кого нет, по цене выше, чем сейчас торгуется лидер рынка Сбербанк?
 
-- Сделки действительно проходили по цене, близкой к 1 капиталу, однако, если оценивать коэффициент с учетом последующего увеличения капитала банка контролирующими акционерами (братья Дмитрий и Алексей Ананьевы владеют 68% акций банка.-- "Ъ"), то расчетная цена будет уже 0,8 капитала, а это уже уровень Сбербанка, даже чуть ниже.
 
-- Но вы привлекли инвесторов в тот момент, когда перспективы банковского сектора остаются не самыми позитивными, а значит, не совсем понятно, в чем привлекательность акций частных банков для потенциальных инвесторов?
 
-- Я уже не первый год говорю, что главная проблема российского финансового рынка -- это отсутствие внутреннего рынка капитала. Стране такого масштаба и с такими амбициями просто стыдно ориентироваться только на внешние источники денег. Мы долго следили за этой темой и ждали возможность начать работу по формированию внутреннего рынка. На самом деле ничего сверхъестественного здесь нет: после того как государство возобновило отчисления в НПФ, у них появились средства, которые необходимо эффективно инвестировать. А теперь смотрите, что предложили инвесторам мы. Мы -- надежный, системообразующий банк, который успешно проходил все кризисы, один из крупнейших частных игроков. Доходность для фондов будет привлекательной -- уже сейчас видны первые признаки стабилизации ситуации, и в среднесрочной перспективе мы покажем высокую прибыльность: мы активны, и при этом у нас соотношение расходов к доходам порядка 40%, это отличный показатель. И очень важно, что, инвестируя в банк, фонд инвестирует в экономику, причем в самые эффективные ее отрасли -- МСБ, крупнейшие корпорации, "голубые фишки", ипотеку. То есть наши интересы полностью совпали, и я уверен, что мы были первыми, но не станем единственными. И это хорошо. Для того чтобы реально сформировать внутренний рынок капитала, нужно достаточное количество подобных сделок. К сожалению, пока достойных объектов для инвестирования немного.
 
-- На рынке говорят, что банк планирует еще подобные сделки в этом году. Это связано с необходимостью увеличивать капитал на 50% от суммы, которую вам дает государство в рамках программы ОФЗ,-- 30 млрд руб.?
 
-- Никакого отношения к программе государственной докапитализации эти сделки не имеют. И до и после них мы удовлетворяем всем критериям. Интерес со стороны НПФ к нашим акциям сохраняется, однако новых сделок пока не планируется. Во-первых, у контролирующих акционеров нет цели продать весь банк по частям, во-вторых, мы пионеры, поэтому учимся и делаем выводы. Надо посмотреть на реакцию рынка и всех заинтересованных сторон, а также уделить внимание ликвидности.
 
-- Ваши новые акционеры будут участвовать в требуемой по программе ОФЗ обязательной докапитализации собственниками?
 
-- В целом мы обсуждали это с нашими акционерами, и они готовы поддержать банк. Мы планируем дальнейшее увеличение капитала в среднесрочной перспективе. Пока я не думаю, что это будут средства от наших новых акционеров.
 
-- В интервью "Ъ" три года назад вы, оценивая итоги кризиса 2008-2009 годов, с гордостью отмечали, что Промсвязьбанк справился со всеми трудностями без господдержки -- даже одобренным субординированным кредитом ВЭБа не воспользовался. В этот раз Промсвязьбанк все-таки подал заявку на участие в программе докапитализации банков за счет ОФЗ. Что изменилось?
 
-- В 2008-2009 годах достаточность капитала всей банковской системы была на гораздо более высоком уровне. Сейчас же капитализация банковского сектора резко упала, в то время как активы, особенно в корпоративном кредитовании, выросли, в том числе за счет девальвации рубля и рефинансирования международных заимствований корпораций крупными российскими банками. В пользу использования господдержки в этот раз говорит сама ситуация -- если в прошлый кризис уже летом 2009 года появились окна на рынках для заимствований, то сейчас рассчитывать на то, что в этом году появятся какие-то возможности привлечь капитал с внешних рынков, исходя из геополитической ситуации, в которой мы находимся, довольно наивно.
 
-- Сейчас многие банки говорят о привлечении финансирования с азиатских рынков, для вас это актуально?
 
-- По-моему, это иллюзия. Азиатский рынок очень хорошо интегрирован в международную финансовую систему. Это заблуждение, что там можно привлечь что-то, чего нельзя привлечь на американском или европейских рынках. Точечные сделки с китайскими инвесторами, особенно с околополитическими компаниями, возможны, но полноценной замены западному рынку на восточном не будет еще очень долгое время. И еще. На санкции смотрят все. Те же азиаты работают с американскими и европейскими инвесторами.
 
-- Среди акционеров Промсвязьбанка -- ЕБРР с долей 11,75%. Его горизонт инвестирования, похоже, подходит к концу, так как обычно он составляет пять-семь лет. Есть ли планы по выходу этого участника?
 
-- Да, вы правы в том, что горизонт инвестирования не за горами, так как они стали нашим акционером в 2010 году. Однако когда ЕБРР делает инвестицию, он планирует на ней заработать. В текущей ситуации много не заработаешь. Поэтому, хотя с августа прошлого года международные институты развития не дают нового финансирования банковскому сектору, речи об их выходе нет.
 
-- Объявлено, что Промсвязьбанк в ближайшее время завершит две сделки на банковском рынке. По нашей информации, обе они (АвтоВАЗбанк и Первобанк.-- "Ъ") в Поволжье, где вы уже санировали Ярсоцбанк и банк "Нижний Новгород", а еще раньше приобрели Волгопромбанк. Почему ваш интерес к приобретениям сосредоточен только в Поволжье?
 
-- То, что сейчас мы ведем переговоры с поволжскими банками, не означает, что в других регионах у нас интереса к M&A нет. Нам прежде всего интересны банки с большой клиентской базой, с хорошими позициями в рознице и МСБ. В текущих условиях для нас неорганический рост, безусловно, является более привлекательным, чем ранее.
 
-- В прошлом году благодаря геополитической ситуации и санкциям против госбанков Промсвязьбанк смог показать агрессивный рост корпоративного портфеля, параллельно произошло увеличение доли валютных займов до почти половины портфеля. Насколько эти заемщики в свете резкой девальвации хорошо обслуживают свои кредиты?
 
-- В валютном портфеле много займов "элите" российской экономики -- там нефть и газ, энергетика, транспорт. Эти заемщики в основном имеют валютную выручку и поэтому не имеют проблем с обслуживанием кредитов.
 
-- И все-таки пропорция -- половина кредитного портфеля в валюте -- до сих пор была характерна только для "дочек" иностранных банков, но у них и фондирование в валюте...
 
-- Важный урок, который мы выучили еще задолго до предыдущего кризиса,-- это вопрос хеджирования валютных рисков. В отношении платежеспособности наших заемщиков здесь ответ у меня -- не 50 на 50, а, скорее, 70 на 30 в пользу банка.
 
-- Как вы решали проблему с валютными кредитами девелоперам, у которых теперь аренда не привязана к валюте?
 
-- Перевод клиентов-девелоперов из валюты происходил на рыночные рублевые ставки, а часть девелоперов не стала конвертировать долги в рубли, но захеджировала валютный риск. В целом объем валютной задолженности девелоперов -- около 35% от всех их кредитов в портфеле банка, порядка 30 млрд руб. Когда мы рассчитывали разные стресс-тесты в прошлом году, в наших сценариях был рост курса до 45-48, но 60 и 70 никто из банков не закладывал. Но плюс ситуации с девелоперами в том, что по их кредитам банки не потеряют все деньги в любом случае. Как бы ни переоценивалась недвижимость, даже в самом худшем варианте это не 100-процентная потеря. Однако, несмотря на непростую ситуацию в отрасли, крупных дефолтов по девелоперам у нас на сегодняшний день нет, надеюсь, что и не будет.
 
-- Эта недвижимость в портфеле -- рыночная или структур, аффилированных с банком?
 
-- Мы кредитуем "Промсвязьнедвижимость", у нее в том числе есть валютные кредиты, но это незначительная часть портфеля. В целом же уверяю вас, что те потери, которые реализуются в банковских балансах, будут связаны с другими сегментами. Будет и недвижимость, но далеко не на первых ролях.
 
-- Что же будет на первых ролях, судя по результатам первого квартала и уже понятной ситуации второго квартала этого года?
 
-- Системно нездоровая ситуация существует в сегменте инфраструктурного строительства, причем она именно системно неправильная. Проблемы есть как на стороне подрядчиков -- неструктурированные долги, накопленные убытки прошлых лет, низкая производственная эффективность, слабый уровень менеджмента, так и на стороне заказчиков -- они часто просто не готовы искать компромиссы и очень быстро предъявляют требования по выданным банковским гарантиям, иногда не имея для того оснований. Это очень серьезно подрывает доверие к этому рынку и существенно сокращает риск-аппетит.
 
-- У вас сложилась конфликтная ситуация со "Сколково" по предъявлению банковской гарантии. Почему не удалось урегулировать конфликт без судебных исков?
 
-- Мы выдали две банковские гарантии подрядчику ОАО "СКМ Инжиниринг" по возврату авансовых платежей заказчику -- ООО "Объединенная дирекция по проектированию и строительству инновационного центра "Сколково"". Мы получили от заказчика требование выплатить полную сумму аванса, хотя часть работ подрядчиком выполнена и даже была принята, а еще по части работ заказчик и подрядчик не могут договориться. Из-за этого переговоры перешли в судебную плоскость, сейчас в арбитражном суде Москвы рассматривается несколько дел, и после определения суммы не выполненных подрядчиком работ мы немедленно выполним свои обязательства. После подобных историй интерес к этому у банков упал почти до нуля. И знаете, в части инфраструктурного строительства банки, включая наш, существенно недооценили риски. Когда еще с Олимпиады начались проблемы, мы могли со стороны наблюдать и думать, какие мы умные, что туда не полезли, но нет -- коснулось и нас.
 
-- Активный рост кредитования в прошлом году -- более 40% -- негативно отразился и на концентрации кредитного портфеля: на крупнейших заемщиков по итогам года у вашего банка приходится около 30% портфеля. Разве это не рискованная пропорция, как вы считаете?
 
-- Знаете, всегда хочется быть и умным, и красивым, и богатым одновременно, но сложно. В прошлом году мы поставили себе приоритет -- нарастить высококачественный кредитный портфель и сделали это в сегменте первоклассных заемщиков. Таким образом, доля крупных клиентов в портфеле неизбежно росла. Но мы считаем -- зная, что это за заемщики,-- что никаких рисков увеличение концентрации не несет. Формальных нормативов по концентрации сейчас нет. Есть норматив Н7, но там максимум 800%, а у нас 214%, то есть запас существенный. Рад ли я росту концентрации? Нет, конечно. Хотелось бы и кредитное качество портфеля улучшить, и концентрацию сохранить на том же уровне, что и раньше,-- но так не бывает.
 
-- Многие банкиры говорят о том, что тяжело выполнять требование государственной программы докапитализации за счет ОФЗ по наращиванию кредитного портфеля на 1% в месяц. Сейчас уже есть отчетность заемщиков за первый квартал, она оправдала худшие ожидания?
 
-- Я могу сказать, что в оценке трендов по качеству заемщиков мы не промахнулись: все происходит именно так, как мы и ожидали, а мы не были большими оптимистами. Хотя оценивать ситуацию по результату только первого квартала довольно бессмысленное занятие, стоит подождать хотя бы полугодовые данные, но мы видим, что в отличие от ситуации декабря 2014 года, когда лишь отдельные банки продолжали кредитовать, сейчас постепенно разворачивается конкуренция за качественных клиентов. Тем не менее обеспечить прирост портфеля на 12% на годовом горизонте мы сможем. Поэтому среди всех условий программы докапитализации через ОФЗ как раз требование наращивать кредитный портфель для нас, пожалуй, самое комфортное.
 
-- Банкиры жалуются, что этот кризис отличается от прежнего тем, что есть большие проблемы с лояльностью заемщиков. Многие даже не хотят выкарабкиваться, спасать бизнес, бросают все на произвол судьбы и банка.
 
-- Этот кризис во многом тяжелее прошлого и потому, что предприниматели становятся старше, уже нет того запала, силы воли, которая спасала их в прошлый раз. Многие сдаются и опускают руки. И это уже даже не проблема банка, а я бы сказал -- проблема всей страны.
 
-- Но ведь есть и другие, такие как один из ваших крупных заемщиков Максим Ноготков, который боролся даже тогда, когда, казалось бы, все потеряно. История с взысканием долгов с холдинговой компании Trellas, акционера ГК "Связной" на верхнем уровне, превратилась в сериал, где крупнейшие кредиторы сети -- Сбербанк (6 млрд руб.), НПФ "Благосостояние" (3,5 млрд руб.) и Промсвязьбанк (6 млрд руб.) пытаются с прошлого года если не добиться погашения, то по меньшей мере взыскать залоги. Почему Промсвязьбанк позже других стал обращать взыскание на свой залог -- контрольный пакет Svyasnoy N.V. (акционер ГК "Связной" на нижнем уровне) -- в голландском суде?
 
-- В целом об этой истории пока рано судить однозначно. Я не думаю, что мы опоздали, когда в январе обратились в голландский суд, так как Svyasnoy N.V. зарегистрирована в Нидерландах. Мы ждали какой-то ясности в ситуации, и когда нам стала понятна расстановка сил, пошли в суд. Промсвязьбанк не хотел мешать операционной деятельности компании, наша цель -- поддерживать своих клиентов, поэтому мы ждали от нового акционера (бизнес Максима Ноготкова перешел Олегу Малису.-- "Ъ") предложения по возврату кредитных средств. Когда стало понятно, что добровольно возвращать банку все долги никто не планирует, мы были вынуждены идти в суд. Кроме того, у нас контрольный пакет, который реализовать сложнее, чем пакет меньшего размера, как у других кредиторов. Мы тогда решили дробить пакет, но Олег Малис это заблокировал.
 
-- В каком состоянии сейчас судебное разбирательство и на чем вы договорились с Олегом Малисом?
 
-- Наконец мы вышли на конструктивный диалог и рассчитываем на погашение кредита в ближайшее время. После того как в апреле банк предъявил кредит к погашению, о чем уведомил NFOC (структура Олега Малиса, через которую он владеет "Связным".-- "Ъ") письмом, где оговаривался четкий дедлайн исполнения обязательств, наше общение перешло в более конструктивное русло -- мы перестали общаться через СМИ и встретились за столом переговоров. Сейчас переговоры продолжаются, но мы уже достигли определенного понимания о том, как мы будем действовать дальше. Олег Адольфович говорит о своей готовности исполнять обязательства, мы обсуждаем условия и график.
 
-- В связи с этим Промсвязьбанк отозвал свой иск из голландского суда?
 
-- Нет, судебный и переговорный процесс идут параллельно, и одно ускоряет другое.
 
-- С июля ЦБ начинает постепенную отмену кризисных послаблений, одним из главных была возможность реструктурировать кредиты без досоздания адекватных резервов. Оценивали ли вы, как отразится на вашем банке грядущая отмена послаблений?
 
-- Из всех послаблений ЦБ мы пользовались только правом расчета валютных обязательств по курсу на 1 октября 2014 года. Безусловно, мы провели все стресс-тесты и не испытываем никаких проблем при отмене льгот. Мы прогнозируем ухудшение качества кредитного портфеля, особенно в сегменте заемщиков с более низким уровнем кредитного рейтинга. Риски этого сегмента нивелировались тем, что клиентам этого сегмента не предоставлялись крупные кредиты и были повышенные требования к качеству обеспечения. Мы прогнозируем рост реструктуризации во втором и третьем кварталах года, особенно в сегментах клиентов МСБ, особенно в случае заемщиков, работающих в отраслях, наиболее подверженных кризису в связи со снижением платежеспособного спроса, как, например торговля бытовой техникой и электроникой, продажа автомобилей и т. д. Впрочем, по опыту 2008 года мы рассчитываем, что объем реструктурированных кредитов в портфеле МСБ не превысит 10%.
 
-- В последний год ни один разговор с представителями финансового рынка не может обойтись без вопроса о санкциях. В чем бы вы для себя сформулировали их плюсы и минусы?
 
-- Раньше был четкий водораздел -- госбанк и не госбанк. После введения санкций мы по поведению клиентов видим, что происходит некая переоценка ценностей -- меняются ответы на вопросы, что такое государственный риск, всегда ли он лучше, чем негосударственный. Клиенты стали активнее диверсифицировать свои портфели. Нет уже такого однозначного убеждения, что ради безопасности и надежности нужно держать свои средства в госбанке. Минусы очевидны -- нет доступа к фондированию, стало сложнее работать на рынке международного финансирования.
 
Интервью взяла Юлия Локшина
Просмотров: 43 | Добавил: persnana1983 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Поиск
Календарь
«  Май 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031
Архив записей
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz